Проводя параллели между украинским «Кучмагейтом» и американским «Уотергейтом» следует помнить главное: Ричард Никсон лишился своего поста вовсе не из-за того, что его подчиненные пытались прослушивать штаб-квартиру политика-конкурента, но только потому, что прослушка оказалась установленной в кабинете президента США.

Расследование «дела Гонгадзе» в течение многих лет, как это теперь совершенно очевидно, стало своеобразной дымовой завесой, чтобы отвлечь внимание общественности от всех тех многочисленных преступлений, которые планировались в главном кабинете Украины, контролировались оттуда и там же получали оценку. Даже по тому немногому, что было обнародовано на так называемых «пленках Мельниченко», экс-президенту Кучме и его подельникам можно смело инкриминировать десятки статей Криминального Кодекса – это и должностные преступления, и фальсификация выборов, и вмешательство в правосудие, и финансовые махинации, и уклонение от налогов…

Но Генеральная прокуратура заняла очень «удобную» позу – исследовать только те фрагменты записей, которые имеют отношение исключительно к «делу Гонгадзе». Совершенно игнорируя тот факт, что, не исследовав всю совокупность преступных деяний, совершенных в кабинете на Банковой, невозможно воссоздать всю полноту картины, приведшей к трагедии журналиста.

Существует вполне обоснованное мнение, что прокуратура столь рьяно взялась за расследование причастности Леонида Кучмы к убийству Гонгадзе не столько потому, что это дело имеет мировой резонанс, сколько из-за того, что можно достаточно легко доказать невиновность в этом экс-президента. Более того, Генпрокурор Виктор Пшонка, опережая и подменяя собой суд, уже вынес вердикт: «Возбуждено уголовное дело за превышение служебных полномочий. У Кучмы не было умысла на конечный результат трагедии».

На этом дело о прослушке президентского кабинета, очевидно, и будет закрыто. А это значит, что все остальные преступления, зафиксированные на «пленках Мельниченко» останутся нерасследованными. Хотя фигурантами преступных деяний кроме прочих там выступают и Николай Азаров, и Виктор Янукович, и многие другие действующие политики.

И чтобы понять, почему десять лет назад совершенно противоположные политические силы объединились в противостоянии Кучме, а сейчас большинство из них не менее рьяно пытаются загасить последние отблески того политического пожара, логично будет вспомнить достаточно близкий по духу политический скандал, в свое время потрясший Соединенные Штаты Америки. Ведь не случайно «Кучмагейт» по аналогии получил свое название от имевшего место в истории «Уотергейтского дела», в котором оказался замешанным сам президент США Ричард Никсон.

Весь комплекс событий, получивший позже название дело «Уотергейт» — по имени вашингтонского административно-жилого комплекса, где в 1972 году располагался предвыборный штаб кандидата в президенты США от Демократической партии Дж. Макговерна, — имел своим началом совершенно, казалось бы, постороннее событие.

Если кто думает, что нынешний Wikileaks является чем-то особенным в истории США, то он глубоко заблуждается. Все «ноу хау» Джулиана Ассанжа заключается всего-навсего в использовании Интернета. А публикация подобных секретных документов в США имеет уже давнюю «традицию».

13 июня 1971 года «Нью-Йорк Таймс» начал публикацию материалов из так называемого «Пентагоновского файла», содержащего совершенно секретные документы Министерства обороны и Госдепа, касающиеся политики США в Юго-Восточной Азии за период 1950-1969 годов. Стоит напомнить, что в это время во Вьетнаме шла война, в которую были втянуты и соседние с ним страны, а в самой Америке проходили многочисленные антивоенные акции протеста. Потому публикация этих документов имела для администрации Никсона весьма громкий и болезненный эффект.

Попытка властей через суд добиться запрета на дальнейшее обнародование секретных документов окончилась неудачей, так как свобода слова в США уже тогда не была пустым звуком. В связи с чем уже в июне 1971 года президент Никсон утвердил создание специальной группы особо доверенных людей, в обязанности которой входило предотвращение дальнейшей утечки из госструктур секретной и актуальной для нацбезопасности США информации, а также нейтрализация негативных последствий таких утечек. Эта спецгруппа получила название «Водопроводчики», и вскоре она приступила к активным мероприятиям.

До сих пор точно не известен весь круг вопросов, которым занимались «водопроводчики», но провал на одном из направлений их деятельности в конечном итоге и привел к отставке Ричарда Никсона с поста президента США.

В конце мая 1972 года, когда Никсон находился с государственным визитом в СССР, «водопроводчики» впервые проникли в штаб-квартиру Демпартии в «Уотергейте», установив в рабочем центре офиса подслушивающие устройства. В последующие дни «водопроводчики» еще несколько раз проникали в помещение демократов, расширяя сеть закладок. Но 17 июня пятеро из них были задержаны охраной «Уотергейта».

Однако оглушительного скандала не получилось. Хотя, казалось бы, вся американская пресса подробно описала и осветила эти события, высокопоставленные представители Демпартии сделали громкие и грозные заявления – резонанс в обществе был ничтожным, а через несколько дней и вовсе сошел на нет. Тем более, что Национальный комитет Республиканской партии и пресс-секретарь Белого дома категорически отвергли причастность партии и администрации президента к событиям в «Уотергейте». Даже сам Никсон 22 июня сделал официальное заявление: «Белый дом абсолютно непричастен к данному инциденту».

Общественный интерес к этому делу оказался настолько низким, что соцопрос, проведенный накануне президентских выборов в ноябре 1972 года, показал, что половина американцев даже не слышала о скандале «Уотергейт», а еще весьма значительная часть не восприняла случившееся как нечто серьезное и заслуживающее внимание. Потому «Уотергейтское дело» не оказало никакого влияния на итоги выборов, на которых Никсон был во второй раз избран президентом, набрав в полтора раза больше голосов, чем его конкурент-демократ Макговерн.

Вместе с тем еще до выборов группа «водопроводчиков» была расформирована, а все сотрудники нижнего и среднего звена, так или иначе связанные с деятельностью спецруппы, были уволены с госслужбы.

Но американское правосудие имеет свои законы и свою процедуру, а потому пятеро пойманных «сантехников» в 1973 году предстали перед Фемидой. Начало судебного процесса инициировало лавиноподобное развитие событий, которые, казалось бы, могли привести к неожиданным последствиям. Подсудимые, признав свою вину в обмен на гарантии сравнительно мягких приговоров, начали давать показания, которые во многом стали сенсационными. Так была установлена связь «водопроводчиков» с высокопоставленными чиновниками Белого дома, руководством Республиканской партии и ЦРУ. В результате последовала череда громких отставок в высших эшелонах власти. Все эти топ-чиновники вскоре начали давать показания в сенатской комиссии и суде, делая новые скандальные признания и вовлекая в разбирательство все новые и новые высокопоставленные фигуры

Однако сенатское и судебное расследование не добились главного – не было получено никаких доказательств о причастности президента Никсона к незаконной деятельности «водопроводчиков». И хотя пресса регулярно информировала о ходе разбирательства дела, попутно публикуя невероятное количество разоблачительных материалов о злоупотреблениях и незаконных действиях окружения Никсона и администрации Белого дома, сам скандал «Уотергейт» стал уходить с первых полос на периферию общественного сознания.

Более того, многие противоположные по политической и идеологической направленности силы объединились на платформе защиты Ричарда Никсона как олицетворения института президентства США.

Большинство исследователей вопроса «Уотергейт» сходятся во мнении, что такое развитие событий не несло никакой угрозы лично президенту США, и могло закончиться максимум, конечно, неприятным, но все же «несмертельным» судебным приговором для второстепенных исполнителей. Что для «второсрочника» Никсона было, по большому счету, не так уж и принципиально.

ПО ТЕМЕ:

Главным ньюсмейкером в стране становится Генеральная прокуратура

Это непростое слово «ПРЕЦЕДЕНТ»...

Дело против Кучмы: реабилитация или репрессии?

Чорновил: Дело Кучмы направлено против всей бизнес-элиты Украины (интервью)

Записи не горят: скотина Бродский, сучка Юлька, жид Суркис, бл..дь Азаров, бу-бу-бу Янукович и все-все-все

Убойные вещдоки против элиты

Есть ли у Кучмы компромат на Януковича?

Назад в прошлое: не афишируемые факты и альтернативные версии мотивов убийства Гии Гонгадзе (подборка давних публикаций)

Чьи деньги убили Георгия Гонгадзе. К убийству журналиста причастен Сергей Тигипко?!. (ФОТО)

Экс-глава СБУ рассказал о том, как отмывают заказчиков убийства Гонгадзе

Так бы и произошло… Если бы не одна случайность, в корне перевернувшая весь ход событий, и потрясшая устои американского истеблишмента.

Один из бывших сотрудников Белого дома среднего звена, уволенный за связь с «водопроводчиками» и привлеченный к следствию, давая показания о прослушке офиса Демпартии, совершенно случайно обмолвился, что Овальный кабинет президента США тоже прослушивается. Причем, это был не ответ на прямо поставленный вопрос, а как бы случайная оговорка, вроде: а что тут такого? Дескать, кабинеты в Белом доме тоже прослушиваются…

Признание экс-чиновника произвело эффект, рядом с которым разрыв бомбы выглядел тихим шелестом. Более того, устроенное дознание с пристрастием установило, что еще в феврале 1971 года по личному распоряжению Ричарда Никсона прослушивающими устройствами были оборудованы не только все рабочие кабинеты Белого дома, но и его резиденции в Кэмп Дэвиде. И все ведущиеся там разговоры тщательно записывались на магнитофонную пленку, и хранились в специальном архиве.

Очевидно, что после таких сенсационных открытий каждый представитель американского истеблишмента невольно вспомнил, о чем он разговаривал, находясь на аудиенции у Ричарда Никсона в Вашингтоне и Кэмп Дэвиде. И как эта информация, если она станет достоянием гласности, повлияет на его нынешнее положение и будущую перспективу.

В результате все те разнонаправленные политические и финансовые круги, ранее объединившиеся на поддержку института президентства, так же единодушно ополчились против Ричарда Никсона.

И хотя факт прослушивания кабинетов в Белом доме напрямую никак не был связан с «Уотергейтским делом», расследование в отношении действий Ричарда Никсона было объединено в рамках судебного процесса с делом против «водопроводчиков». А само расследование получило статус секретности.

А далее произошел забавный с точки зрения современного украинского правосознания и юридической практики казус. Суд и Конгресс США (в обеих палатах Конгресса большинство было у Демократической партии) потребовали от Белого дома предоставить все магнитофонные записи прослушки. Администрация Никсона в свою очередь вместо того, чтобы уничтожить все вещественные доказательства (или хотя бы их часть), сформулировала и обнародовала правовую «доктрину», в которой утверждалось, что президент обладает правом отказывать в предоставлении документов и свидетелей, имеющих отношение к деятельности исполнительной власти как в военное, так и в мирное время: «В соответствии с доктриной разделения власти способ, которым пользуется президент, лично отправляя возложенные на него исполнительные функции, не подлежит расследованию со стороны другого органа власти. А поскольку президент не подлежит такому расследованию, то равным образом не подлежат расследованию и члены его аппарата, так как выполняемые ими функции являются частью функций президента».

Понадобилось несколько месяцев бюрократических проволочек и несколько специальных решений Верховного Суда США, чтобы принудить администрацию Белого дома выдать записи прослушек. Как не удивительно, но и к тому времени компрометирующие Никсона вещественные доказательства не были уничтожены, или хотя бы отредактированы в нужном русле.

Оказавшиеся в итоге в распоряжении Сената и суда магнитофонные записи остаются засекреченными до сих пор. Обнародована была только та их часть, которая свидетельствует, что президент США Ричард Никсон с самого начала знал о действиях «водопроводчиков», санкционировал их проникновение в офис демократов и сознательно предпринимал усилия по сокрытию этих незаконных действий.

В результате в марте 1974 года Федеральный суд вынес приговоры в отношении трех «водопроводчиков» и четырех самых близких к президенту сотрудников Белого дома. Суд также признал Ричарда Никсона виновным в незаконной деятельности и передал секретные материалы в Конгресс США для вынесения решения об импичменте.

Не дожидаясь окончания процедуры импичмента Ричард Никсон 9 августа 1974 года подал в отставку с поста президента США. Пришедший ему на смену Джеральд Форд самым первым своим указом объявил амнистию Никсону за преступные действия и бездействие вольно или невольно совершенные им во время пребывания на посту президента.

Но во всей этой истории самым примечательным остается то, что в массовое сознание была внедрена мысль о том, что отставка Ричарда Никсона произошла в результате скандала «Уотергейт», связанного с незаконным проникновением и прослушкой в штаб-квартире Демократической партии. И на широком общественном уровне совершенно замалчивается тот факт, что истинным мотивом возможного импичмента было исключительно наличие спецархива с магнитофонными записями из кабинетов Белого дома.

Проводя аналогию с украинским «Кучмагейтом» тоже можно заметить, что все внимание общественности власти специально концентрируют исключительно на «деле Гонгадзе», совершенно игнорируя факт, что это лишь небольшой эпизод в незаконных деяниях Леонида Кучмы и украинского политического и финансового истеблишмента, зафиксированных на «пленках Мельниченко».

И небольшое послесловие. Конечно, кое у кого может возникнуть соблазн представить спецоперацию, условно называемую «Кучмагейт», как реализацию американского сценария, поскольку прототип скандала сам родом из США. Но для такого утверждения нет никаких твердых оснований. Очевидно лишь то, что методы и средства по тушению скандала «Кучмагейт» во многом копировали действия администрации Никсона по нейтрализации «Уотергейтского дела». Что и не удивительно, учитывая наличие в окружении зятя Леонида Кучмы американских политтехнологов.

А вот кто стоял за подготовкой, организацией и проведением операции «Кучмагейт» — отдельная большая тема. В которой майор Мельниченко явно не вписывается в образ героя-одиночки.

Сергей СУХОБОК, ОРД

PRO-TEST